Александр Лоуэн ПРЕДАТЕЛЬСТВО ТЕЛА. ность разрядить напряжение, а для такой женщины — покорное выполнение неприятной обязанности.


ПСИХОЛОГИЯ БЕЗРАССУДСТВА


129



ность разрядить напряжение, а для такой женщины — покорное выполнение неприятной обязанности.

Качество физической близости между матерью и ребенком отражает чувства матери по поводу сексуаль­ной близости. Если половой акт опротивел, это чувство портит всякий интимный телесный контакт. Если жен­щина стыдится своего тела, она не может использовать его грациозность при вскармливании ребенка. Если ее отталкивает нижняя половина тела, она будет чувство­вать смутное отвращение к этой же части тела ребенка. Каждый контакт с малышом является для него случаем пережить удовольствие в близости или почувствовать стыд и страх. Если мать боится близости, ребенок будет ощущать страх и интерпретировать это как отвержение, у него постепенно разовьется чувство стыда за собствен­ное тело.

Фундаментальная травма шизоидной личности — отсутствие приятной физической близости между мате­рью и ребенком. Недостаток эротического телесного кон­такта переживается ребенком как брошенность. Когда по­требность малыша в таком контакте остается без ответа, когда она не встречает теплого отклика, это связывается с чувством, что никто о нем не заботится. Бывает, что настойчивое требование со стороны ребенка вызывает не­нависть родителей. В таком случае желание близости по­давляется, чтобы избежать боли, которую порождает не­исполненное влечение. Ребенок учится подавлять чувство и желание, чтобы выжить. Для него чувствовать страст­ное стремление — значит быть оставленным, что эквива­лентно смерти. Поскольку целью его влечения является близость, избегание близкого телесного контакта держит ребенка в страхе, что его бросят.

Если потребность в близости, телесном контак­те и оральном эротическом удовлетворении не испол­няется в первые годы его жизни, он переносит эту по­требность на сексуальные чувства, возникающие в эди­повом периоде развития. Именно поэтому эдипов конф­ликт у таких детей бывает столь интенсивным. Сексу-


альная привязанность к родителю противоположного пола заряжена неисполненным инфантильным стремле­нием к интимности и оральному удовлетворению. Этот избыточный заряд привязанности становится реальной опасностью, он грозит инцестом до тех пор, пока по­добные чувства будут беспокоить ребенка. Мы уже гово­рили о перемещении с области рта на область генита­лий. Смесь оральности (инфантильное влечение) и ге-нитальности (первичного бутона сексуального чувства) настолько сбивает ребенка с толку, что он не может оторвать одно от другого, не может уловить различия между этими желаниями. Потребность в телесном кон­такте способна привести его к запрету на сексуальную близость, которая строго табуируется.



Роль родителей в этом конфликте — комбинация отвержения и соблазнения. Отвергая оральную потреб­ность ребенка в контакте и близости, они направляют влечение в сексуальный канал. Соблазняя ребенка, они усиливают интенсивность эдипова конфликта. Чтобы из­бежать нарушения инцестуозного табу, ребенок жертвует всеми чувствами. Билл был уверен, что ничего не может произойти. Пенни «безнадежно надеялась», что что-то произойдет; она хотела влюбиться и выйти замуж, но не могла позволить этому произойти.

К несчастью, ребенок взваливает на плечи ношу вины за это безрассудное состояние. Родители, прикры­ваясь моральным кодексом, часто не отличают стремле­ние к эротическому удовлетворению и близости от взрос­лой генитальности. Они осуждают детскую мастурбацию из страха, что она может развить у ребенка сексуальные чувства, тем самым блокируя единственный путь, кото­рый может снизить его напряжение. Боясь эдиповой си­туации, родители отрицают телесный контакт, который мог бы предотвратить переживание безнадежности.

В конце концов обреченность ребенка становится знаком, предупреждающим, что эротическое удовлетворе­ние ведет к плохому концу. Девочка подспудно усваивает чувство четкой границы, которая отделяет девственницу



Александр Лоуэн ПРЕДАТЕЛЬСТВО ТЕЛА



от распутницы или матрону от проститутки. Всякое дви­жение молодой девушки в сторону эротического удоволь­ствия становится шагом к проклятью. Если девушка бунту­ет, ее считают никчемной, «свистушкой», а иногда и про­ституткой. Родители унижают своих дочерей замечания­ми, типа: «Не может хороший мужчина пожелать тебя». В своей злобе они «пророчат» дочери, что она «кончит на улице».

Так воспитали Пенни. Она вошла в жизнь с силь­ным ощущением стыда и вины по поводу своего тела и своей сексуальности. Любой контакт с мужчиной, осно­ванный на получении удовольствия, провоцировал эти чув­ства. Вот почему она злоупотребляла спиртным во время своих похождений, которые были ничем иным, как по­пыткой получить эротическое удовлетворение. Она пила, чтобы снизить интенсивность этих чувств и как-то облег­чить свои попытки взаимодействия с представителями про­тивоположного пола. Однако, все получалось наоборот, и, употребляя спиртное, она как раз возбуждала именно эти чувства. Одно безрассудное действие может спровоциро­вать другое, и в конце концов Пенни испытывала судьбу в половом акте, убедившись, что он загоняет ее в еще более безнадежное положение. Страхи ее родителей под­твердились, и та судьба, которой они пугали дочь, в кон­це концов стала рельностью.



Интересно, что некоторые шизофреники не мо­гут овладеть собой, пока не попадают в закрытые психи­атрические больницы, где находятся под постоянной опе­кой. Обнаружив, что могут выжить в самой крайней ситу­ации, они осмеливаются бросить вызов реальности; они рискуют принять свое желание физической близости. В окружении, где стыд не имеет значения, они преодолева­ют стыд перед собственным телом. Поняв, что бояться больше нечего, они отбрасывают свой страх и приходят к заключению, что выживание само по себе — пустое до­стижение, если оно лишено того удовольствия и удовлет­ворения, которые дает интимная близость.



ИЛЛЮЗИЯ РЕАЛЬНОСТИ

Отчаяние порождает иллюзии. Отчаявшийся чело­век создает их, чтобы поддержать свой дух в борьбе за вы­живание. Это — валидная функция эго, которую Вильям Сил­верберг подчеркивал при анализе «шизоидного маневра». Он пишет: «Возникает впечатление, что то, что я называю шизоидным маневром, может представлять собой определен­ную и необходимую функцию, притупляющую острый ужас ситуаций, в которых человек беспомощен перед неизбежно­стью нанесения ему вреда или неминуемой деструкцией.»28 В качестве примера этого механизма Силверберг цитирует поэму Р.М.Рильке, в которой молодой солдат, столкнувший­ся в бою лицом к лицу со смертью, трансформирует вражес­кие пули в «смеющийся фонтан» и ныряет в него. С этой иллюзией «ужасающая реальность уничтожения отклоняет­ся. Конечно, это происходит не на самом деле, а в уме мо­лодого человека». Иллюзия возникает из-за беспомощности перед внешней реальностью. Она становится патологией, когда беспомощность порождает чувство неадекватности, не имеющее отношения к тому, что происходит на самом деле.


4788555189071320.html
4788646442365250.html
    PR.RU™